Измерение коррупции

а) Коррупционные сделки нелегальны и поэтому не отражаются в бухгалтерских документах и официальных отчетах о деятельности компаний и государственных органов. Решения судов: Зачастую трудно предположить, какая доля коррупционных случаев доходит до суда и заканчивается обвинительным заключением, и нет оснований считать, что эта доля в разных странах совпадает. Поэтому, как отмечает «Трансперенси Интернешнл», количество доказанных случаев коррупции показывает скорее эффективность работы СМИ и правоохранительных органов данной страны в выявлении коррупционных действий, чем количество реальных коррупционных случаев. Кроме того, суды сами могут быть коррумированы. Заметим также, что законодательство о коррупции в разных странах отличается: отдельные практики (такие как назначение близких родственников на должности или возникновение потенциального конфликта интересов) в некоторых странах могут быть законны, а в других считаться коррупцией. Что касается социологических опросов, то они могут давать смещенные представления о коррупции, во-первых, потому, что респонденты, сами сталкивовшиеся с коррупцией, могут не захотеть честно об этом сказать, а те, кто с ней не сталкивался, могут быть подвержены стереотипам и мнению, чаще озвучиваемому в СМИ. б) Подбор экспертов для подобных исследований — сложная задача, и зачастую многие из них подвержены смещению мнения о коррупции в ту или иную сторону. Они могут формировать свои представления на основании разных критериев, причем эти критерии могут быть систематически смещены в зависимости от религии, экономического развития, демократических традиций, его места жительства и привычек. Например, если в стране коррупция очень распространена в течение долгого времени и присутствует на всех уровнях (в том числе на уровне людеров государства), то люди могут привыкнуть к ней и не считать мелкие взятки, которые приходится постоянно платить, чем-то плохим и ассоциирующимся со словом «коррупция», имеющим явно негативную коннотацию. Более молодые, более богатые, живущие в городах люди могут менее толерантны к коррупции, чем пожилые сельские жители, менее интересующиеся политикой на уровне государства. С другой стороны, если опрашиваемые эксперты в силу места своей работы или социального статуса часто имеют дело с коррумпированными чиновниками (например, работают в исследовательском институте, в котором невозможно получить грант на исследования, не дав взятку), то их восприятие коррупции может быть более негативным, чем коррупция присутствует в данной стране «в среднем». Наоборот, если эксперты не имели коррупционной практики сами, то их восприятие коррупции может быть не связано с ее реальным уровнем, а связано скорее с «теорией», которая есть в их голове относительно того, должна быть коррупция в данной стране высокой или низкой. Например, многие уверены, что в развитых демократических странах коррупция должна быть менее распространена, чем в развивающихся и авторитарных, и поэтому будут склонны отвечать именно так. Также следует учесть, что опрошенные эксперты могут быть несклонны критиковать свое правительство тому, кто берет у них интервью, потому что будут опасаться мести со стороны чиновников (особенно если интервьюер представляет иностранную организацию). С другой стороны, иностранные бизнесмены, ведущие дела в данной стране, могут меньше сталкиваться с коррупцией, если чиновники склонны брать взятки только с отечественных бизнесменов. Примечание: Более подробно об индексе восприятия коррупции можно почитать на сайте «Трансперенси Интернешнл»: http://cpi.transparency.org/cpi2012/ Более подробно о проблемах, связанных с измерением коррупции с помощью этого и других индексов, можно почитать в статье «Do Corruption Indices Measure Corruption?», написанной авторами Dilyan Donchev and Gergely Ujhelyi из Гарварда.